| Опасности конфликтного изложения истории в школьных учебниках |
| Автор: Жамакочян А. 14.03.2011 00:00 |
|
Могут ли учебники послужить средством достижения мира и толерантности? И осознаем ли мы, что то, что читают наши дети в своих учебниках, через какое-то время будет иметь большие последствия для наших стран и человечества в целом? Мы обратимся к этим вопросам, показывая замеченные нами общие проблемы и одновременно намеренно избегая выделения политики, проводимой в этой области конкретными странами. В мировой истории есть множество случаев, когда после войн или любых иных столкновений бывшие стороны конфликта первым делом вносят изменения в систему образования. Причина этого чрезвычайно проста: книги и учебники информируют людей не только относительно какого-то предмета, но и формируют у них определенные настроения, позиции и направляют в том, что важно, а что нет. Известно, что в школьном возрасте, являющемся для личности периодом ранней социализации, у детей слабо развито критическое мышление, и все, чему учат в школе, почти стопроцентно воспринимается как абсолютная истина. В этом возрасте формируются также основные принципы мировосприятия, которые хотя и могут впоследствии подвергнуться некоторым изменениям, однако в основе своей преимущественно сохраняются и продолжают укрепляться в дальнейшем. Школа, наряду с семьей и СМИ – один из основных агентов социализации личности, следовательно, любое государство при помощи школьной системы образования осуществляет функцию формирования общества, состоящего из граждан, исповедующих тождественные фундаментальные ценности. А значит то, как проявляет себя общество, существенно зависит от того, какую информацию оно получило до того. Другими словами, то, что учит и воспринимает ученик в школе, в дальнейшем играет существенную роль как для него, так и для окружающего общества, а порой и для соседних стран. В этом аспекте особое значение имеет то обстоятельство, что образование, будучи продуктом цивилизации, становится также основой для новой цивилизации. Достаточно только задуматься о том, что посредством школы у значительных групп людей – наций (племен) или граждан одного государства – формируется отношение к собственному народу и государству, а также к соседним народам и государствам. Этим и обусловлена та серьезность, с которой в ряде стран относятся к школьным учебникам, в частности по гуманитарным предметам и особенно по истории. Этими же причинами обусловлены те риски, которые возникают при несерьезном или недальновидном отношении к указанным вопросам. История занимает особое место среди преподаваемых в школе предметов, поскольку является для детей основным источником получения знаний и представлений о своей стране и окружающем мире. В рамках этого предмета происходит передача компонентов идентичности общества от поколения к поколению, формирование представлений о «нас» и «других» или «врагах». Именно посредством учебников по истории мы знакомимся с соседними странами, обретаем убеждения и идеи о том, кто наш союзник и кто наш враг. Хотя история соотносится с прошлым, она вместе с тем отнюдь не является лишь коллекцией мертвых фактов, а выступает биографией или «графией жизни» данного государства, нации или народа, а также соседних и других народов. Тем самым, это один из самых эмоционально насыщенных предметов. Страны и народы пытаются сохранить в своей коллективной памяти исторические события, в особенности наиболее важные, извлечь из них уроки на будущее. Знания, полученные в ходе исторического исследования, применяются в преподавании истории, главная задача которого – формирование исторической памяти и исторического сознания. Историческую память можно в значительной степени подправлять или даже формировать, причем она во многом зависит от того, что данное общество желает знать об исторической правде и от того, что оно может о ней знать. Иными словами: историческая правда зависит от того, что общество предпочитает помнить и что оно предпочитает забыть. И в зависимости от того, как будет прокомментирован тот или иной вопрос в учебных пособиях по истории, уже через поколение определяется внешняя и внутренняя политика данной страны. История – наиболее сложный и наиболее интересный для преподавания школьный предмет. И он чаще других подвержен сиюминутной политической конъюнктуре, что выражается в частом переиздании учебников. В такой ситуации от политической воли зависит, какая «историческая правда» останется в сознании школьников. Ведь именно сформировавшиеся на ранней стадии жизни восприятия, даже если они далеки от реальности, со временем становятся основой для создания той реальности, которая соответствует этим восприятиям. В этом вопросе для политической элиты всегда существует соблазн представить те или иные исторические события в желательном для данного времени идеологическом свете. Этот соблазн особенно характерен для стран, ведущих войну или переживших конфликт в недавнем прошлом, которые решают чисто пропагандистские задачи. Именно в пропагандистских целях в учебниках по истории представляются «расширенные» варианты границ национального государства, утверждения о наибольшей древности культуры, истории, нации, автохтонности на территории нынешнего обитания и проч. А для обоснования подобных утверждений зачастую применяются всевозможные техники из арсенала фальсификации истории. Этот шаг, на первый взгляд, направленный на общее благо собственной нации, в действительности может содержать серьезную угрозу для своего же общества. Если история из предмета изучения превращается в инструмент пропаганды, она становится уязвимым фактором для информационно-психологической безопасности общества. Формирование из собственного народа образа жертвы, создание дегуманизированного образа врага, адресованные ему обвинения, насаждение ненависти и призывы к мести, встречающиеся в учебниках истории некоторых постсоветских стран, в конечном итоге не только приводят к хрупкости мира между конфликтующими сторонами, но и формируют нездоровые взаимоотношения внутри самого общества, исповедующего ненависть. Преподанные ей ценности и предпочтительные поведенческие модели личность впоследствии применяет и в рамках отношений других общественных модусов – например, в межличностных отношениях. Следовательно, в обществе, социализируемом в исступлении ненависти и мести, перманентно нарастает удельный вес преступности, в частности убийств. Разумеется, при преподнесении истории невозможно избежать конфликтных тем, которые были в глубоком или недавнем прошлом или, тем более, существуют в данный исторический период. Сколь бы болезненны ни были конфликтные темы, их умолчание в учебниках по истории – тоже не решение проблемы. Так, в Руанде после геноцида 1990-х гг. власти решили до 2000г. пропускать уроки истории в средней школе, исключив этот предмет из школьного расписания, а сегодня они столкнулись с проблемой того, как представлять историю геноцида. Вопрос не только в том, «что» представляется, важно также «как» это делается. Многие из постсоветских стран постоянно сталкиваются с этой проблемой в связи с их конфликтной историей и поисками обновляемой идентичности. История не только является передачей уже сформировавшейся идентичности другим поколениям, но и выступает одним из тех основных инструментов, при помощи которых формируется новая идентичность общества, новая национальная ментальность. И в этом вопросе носители государственной идеологии в разных странах зачастую могут позволить себе эксперименты по отношению к собственным обществам. В этом вопросе важным фактором может стать растущая мощь данной страны: в зависимости от мощи страны на данный момент могут меняться те или иные исторические факты, которые в недавнем прошлом в той же стране считались обоснованными и незыблемыми. Например, в Японии за последние 30 лет (1982г., 1986г., 2005г.) несколько раз были серьезные проблемы с соседними странами из-за отредактированных учебников по истории Японии, откуда по требованию Министерства образования и науки был изъят термин «агрессия», характеризующий проводимую Японией до и после войны политику в отношении материкового Китая. В результате поднялся огромный шум, прошли многочисленные акции в Китае и Корее, в прессе прозвучали взаимные обвинения, повлиявшие на межгосударственные отношения[1]. Подтасовка исторических фактов, особенно когда они касаются общего исторического прошлого с другой страной (странами), характерны и для стран бывшего СССР. В плане дву- и многосторонних отношений особенно опасна борьба между двумя соседними странами в области исторической науки, результатом которой являются не только научные и художественные произведения, но и учебники. Недавно был проведен целый ряд исследований, свидетельствующих, что в постсоветских странах учебники по истории еще более углубляют существующие проблемы и отдаляют возможность налаживания добрососедских отношений. С сожалением нужно отменить, что во многих станах СНГ продолжают создаваться новые научные «тезисы», противоречащие духу сотрудничества. Искажаются и зачастую противоречиво комментируются особенно такие темы, как Великая Отечественная война, власть Российской империи, период СССР, процессы распада СССР и отношения с отдельными странами. Существенные проблемы есть и по ряду других тем, особенно в интерпретации тех стран, где до недавнего прошлого или же сегодня существуют конфликты. То, что разрабатывается в научных институтах постсоветских стран и потом в виде учебника доходит до обычного ученика, зачастую доходит до крайностей. Это особенно опасно для тех обществ, которые из-за неразрешенных конфликтов лишены возможности свободной коммуникации. Таковы, например, армяно-азербайджанские взаимоотношения. Молодежь этих стран узнает о настоящем и конфликтном прошлом друг друга в основном посредством школьных учебников и СМИ. Исследования показывают, что в условиях продолжающегося армяно-азербайджанского «холодного» конфликта большинство граждан Азербайджана практически ничего не знает об армянах, помимо того, что преподносится в СМИ и что написано в учебниках. А контент-анализ азербайджанских СМИ и учебников приводит исследователя к грустным выводам. Стремление создать образ «армянина» как абсолютного врага порой доводит до создания, по меньшей мере, странных или явно антинаучных текстов. К такому выводу пришли авторы проведенного в 2009г. исследования «Освещение общей истории России и народов постсоветских стран в школьных учебниках истории новых независимых государств». «Предки азербайджанцев объявляются современниками шумеров: «Первые письменные свидетельства о племенах древнего Азербайджана даны в шумерских эпосах и клинописях. Провозглашение древних азербайджанцев современниками шумеров призвано обосновать тезис: «Современная Армения возникла на территории древнего Западного Азербайджана»[2]. Таких примеров множество, что свидетельствует о тех опасностях, с которыми еще предстоит столкнуться молодым гражданам РА и АР. Между тем, школьные учебники могли бы стать хорошим средством для того, чтобы позволить конфликтующим сторонам прийти к сотрудничеству и преодолеть враждебность и ненависть в гражданском обществе. Идея о том, что школьные учебники можно использовать как средство установления мира, не нова. В мировой практике известно множество случаев, когда по окончании конфликтов, войн создавались специальные научные комиссии, целью которых было совместное обсуждение тех вопросов, которые касались общего исторического прошлого, и по возможности согласованное рассмотрение обоюдоострых вопросов. Первая попытка такого рода была предпринята еще в 1920-ые гг., когда при поддержке американского Фонда Карнеги в рамках программы под эгидой Лиги наций был инициирован диалог между Балканскими странами для пересмотра их учебников. Затем аналогичные программы были задействованы и между другими конфликтующими странами. С еще большим размахом инициативы такого рода начали осуществляться после второй мировой войны. Особо впечатляющего успеха достигли франко-немецкая, польско-немецкая и израильско-немецкая комиссии. Добавим, что примерно такая же инициатива была предпринята между СССР и США в 70-ые, но видимый успех не был достигнут[3]. Безусловно, уместно отметить, что искоренение политики насаждения взаимной ненависти и вражды и внесения «поправок» в учебники истории практически невозможно без вмешательства правительств. Однако и у нас, представителей гражданского сектора, есть свои задачи по убеждению наших правительств и вовлечению в совместные комиссии и обсуждения вопроса неконфликтного изложения истории в учебниках. Хочется верить, что благодаря совместным и взаимным усилиям всех нас, молодежи всех соседних государств, формирование подобных комиссий может состояться и в нашем регионе. Правда, мы не выбирали своих соседей, но мы можем выбрать, как строить с ними отношения – во имя самих себя и нашего общего развития. Литература 1. http://news.bbc.co.uk/2/hi/asia-pacific/4416593.stm 2. http://www.nlvp.ru/reports/doclad_hist_02_light.pdf; «Освещение общей истории России и народов постсоветских стран в школьных учебниках истории новых независимых государств» под редакцией А.А. Данилова и А.В. Филиппова. 3. Textbooks and Conflicts. Experience from the Work of the Georg-Eckert-Institute for International Textbook Research, World Bank. А. Жамакочян, заместитель руководителя, старший эксперт «Центра информационных исследований» научно-образовательного фонда «Нораванк» (Республика Армения, г.Ереван). |